Южный Иныльчек 2010. Акклиматизация.

Оглавление

Предыстория

Весной 2010 года мой давний напарник, Саша Дерябин, подкинул идею поехать на Тянь-Шань, походить технические маршруты средней сложности в Ала-Арче, а затем попробовать сходить на Хан-Тенгри и Победу. Несмотря на то, что у меня уже был высотный опыт, включающий в себя восхождения на пик Ленина в 2006 году и пики Корженевской и Сомони в 2008 году, решение поехать на Хан с Победой было несколько спонтанным в том смысле, что до весны я как-то даже не задумывался всерьез над этим.

В 2009 году я переписывался с Олегом Лященко, и он мне рассказал, что погодные условия в районе Победы далеко не такие благоприятные, как на том же Памире. В общем-то, мне об этом было известно и ранее, так что это лишь еще раз подтвердило мои опасения. Однако предложение Саши заставило всерьез подумать над идеей, и, в конце концов, мы списались с фирмой Ак-Сай трэвел, через которую уже ездили зимой 2008 года в Ала-Арчу, чтобы согласовать детали поездки.

Некоторое время до этого мы еще обсуждали, с какой стороны идти на Хан-Тенгри. Дело в том, что с севера более безопасно, но маршрут более изматывающий. Достаточно сказать, что на маршруте с юга до седловины между пиками Хан-Тенгри и Чапаева можно дойти буквально пешком, лишь с коротким 10-метровым участком с закрепленной над трещиной веревкой, а с севера маршрут проходит по крутой стене пика Чапаева, на которой провешен километр веревок. Опасность маршрута с юга связана, в первую очередь, с участком между первым и вторым высотным лагерем, где регулярно случаются обвалы и лавины. Но дело в том, что на Победу можно идти только из базового лагеря на Южном Иныльчеке. Вариант с транспортировкой из северного в южный лагерь на вертолете мы не стали рассматривать из-за его неопределенности.

В конце июня я сходил на Эльбрус, а в начале июля мы втроем (я, Саша и его знакомый Энди из Германии) вылетели в Бишкек. План-максимум был достаточно серьезный, а именно, сходить на пик Семенова-Тянь-Шанского по маршруту 5Б. Это была Сашина идея. Акклиматизировались на Учителе, второй горой выбрали 1-ую башню Короны по 4А (маршрут Гаврилова) с ночевкой на перемычке.

пики Корона (справа) и Семенова-Тянь-Шанского (слева)

пики Корона (справа) и Семенова-Тянь-Шанского (слева)

После этих двух вершин я понял, что если пойду на какой-нибудь технически сложный маршрут или даже два, то устану и физически и морально, вернее, меня просто может не хватить еще и на Хан и на Победу. Поэтому после некоторых раздумий (как бы тактичнее сообщить об этом напарникам) мы разделились, я пошел один на перевал Байчечекей с палаткой, с намерением переночевать там и выйти на вершину на следующий день, а ребята готовились выйти на восхождение на пик Байчечекей по скальному маршруту Шваба 5А, тоже на следующий день. Думаю, что для них идти в двойке было даже предпочтительней, чем, если бы мы пошли втроем, так как я лазаю хуже, чем они.

Ночевка под перевалом была весьма неспокойная, т.к. сначала я долго не мог найти место под палатку на седловине, чтобы ветер был не очень сильный, потом я чуть спустился и нашел-таки место под палатку, но погода стремительно ухудшалась, и я успел с трудом установить только внутреннюю палатку, когда ветер стал с такими сильными порывами, что установить тент одному не представлялось возможным. Забравшись внутрь, я даже не раздевался и не снимал обувь, придерживал плечами подветренную сторону палатки, чтобы ее не примяло и не разорвало. Мысли у меня тогда были не очень приятные, так как, хотя у меня был опыт холодных ночевок, первый раз я попал в потенциально опасную ситуацию, когда был один. Однако под утро ветер стих и часов в шесть утра я начал спуск. Мыслей о вершине после неспокойной ночи вообще не было.

 

Ребята с Байчечекея вернулись уже ночью, так как вышли на маршрут поздно, да еще и не могли найти правильное начало. На следующий день Саша сказал, что он не хочет ехать на высоту и останется здесь, чтобы сходить еще что-нибудь с Энди, а потом поедет в Москву. В принципе, я это его решение воспринял спокойно. Он оставил мне веревку, трехместную палатку, ледоруб (я потерял свой в аэропорте), сублиматы и некоторые другие продукты. Посидели, тепло попрощались, и я ушел вниз. На следующее утро Радик с метеорологической станции в Ала-Арче увез меня в Бишкек.

 

21 июля 2010

Бишкек

Я зашел в офис Ак-сай Трэвел, где случайно узнал, что в Бишкек уже прилетел Максим Соловьев из Питера, с которым мы познакомились при восхождении на пик Сомони (Коммунизма) в 2008 году. Также отмечу, что в лагере на Южном Иныльчеке и на восхождениях в 2010 мы пересечемся с Викой из Ростова, Олегом и Владимиром из Москвы, Валерием из Молдавии — всех этих людей я знаю по лагерю на поляне Москвина, откуда мы совершали восхождения на пики Корженевской и Сомони в 2008 году. Простое совпадение или некоторая закономерность — это уже вам судить. Когда встречаешь знакомых в горах (при этом, заранее не договариваясь о встрече) — это всегда несколько неожиданно и приятно.

 

22 июля 2010

Бишкек

День прошел в закупках и хождениях по Бишкеку. Был в центре города, зашел в ЦУМ, где купил пару книг. Потом прогулялся в сторону комплекса правительственных зданий. На центральной площади люди отдыхают и веселятся, напротив президентского дворца стоит почетный караул. От весенних событий (в апреле 2010 года в Киргизии произошел переворот, и свергли Курманбека Бакиева) не осталось практически никаких напоминаний кроме, возможно, какого-то одного обгоревшего здания, хотя, может, этот пожар случился и позже. Завтра, наконец, поедем в Каркару.

 

23 июля 2010

Бишкек-Каркара

После завтрака окончательно собираемся и садимся в микроавтобус. Предстоит на нем проехать около 8 часов.

Сначала едем по шоссе в сторону озера Иссык-Куль, где делаем остановку в районе города Чолпон-Ата. Вообще на севере Иссык-Куля достаточно много гостиниц, различных пансионатов, баз отдыха. Мы останавливаемся в одной из них и после обеда идем купаться в озеро. Оно на удивление теплое и при этом слегка соленое. Вода очень приятная — даже не хочется выходить.

Потом едем еще достаточно долго по шоссе, сворачиваем затем на какую-то второстепенную дорогу, которая становится все хуже — мы постепенно отдаляемся от цивилизации.

И вот уже начинают встречаться юрты, лошади и другой местный колорит, например, мобильные пасеки. Мы останавливаемся около юрты и заходим туда. Я пробую и покупаю кумыс. Он мне сразу не очень понравился, но я подумал, что потом, наверху, может я пойму его вкус. Однако, забегая в будущее, хочу сказать, что тот кумыс, который я купил, я потом просто вылил (никто не захотел его пить). Я почему-то раньше думал, что кумыс — это просто кобылье молоко, но оказалось, что кумыс — это забродившее молоко с весьма специфическим вкусом, на любителя.

Уже вечереет и такое впечатление, что мы едем вообще в чистом поле, дорога весьма условная. И вот наконец пересекаем мост через речку и въезжаем на территорию лагеря Каркара.

Ужинаем и ложимся спать в кемпинговых палатках.

 

24 июля 2010

Каркара, 2200 м – базовый лагерь Южный Иныльчек, 4000 м

Утром пошел прогуляться по территории лагеря. Он представляет собой большую стационарную столовую, несколько других строений поменьше и около 30  кемпинговых палаток, в одной из которых мы и ночевали. Высота здесь около 2000 метров, поэтому до снега и льда еще весьма далеко и их следов не видно даже на окрестных холмах. Основную растительность не территории составляют различные травы.

лагерь Каркара

лагерь Каркара

Особенно приятно было встретить эдельвейс: этот цветок хотя и не очень пестрый, но у него есть свое, особенное очарование, ведь недаром он стал символом нескольких альпинистских объединений, а также немецкой горной дивизии времен Второй Мировой Войны.

эдельвейс

эдельвейсы

 

Лагерь расположен на казахской территории прямо на границе с Киргизией, которая проходит по небольшой реке Каркара. Вообще здесь находится достаточно мало людей, дело в том, что этот лагерь используется как транзитный и здесь никто долго не останавливается (кроме персонала самого лагеря).

Контролирует лагерь Казбек Валиев, известный казахский альпинист, участник восхождений 1982 года на Эверест в составе советской команды. Также у него есть лагерь под Хан-Тенгри, но с севера, который находится на леднике Северный Иныльчек.

В ожидании время тянется медленно, но наконец в 11 часов прилетает вертолет и через полчаса мы грузимся и улетаем.

Постепенно зеленые долины рек меняются, появляется первый снег, сначала на верхушках гор, потом его становится все больше и уже появляется лед, а реки сменяются ледниками. И вот уже мы в самом сердце Тянь-Шаня, в царстве вечных снегов и ледников. Пролетаем очень близко с горой, которая вся покрыта снегом и льдом и вершина которой уже выше нас. Впечатление незабываемое!

на пути к базовому лагерю

на пути к базовому лагерю

над Северным Иныльчеком

над Северным Иныльчеком

Вертолет летит сначала по казахской территории до ледника Северный Иныльчек, а затем перелетает через хребет Тенгри-Таг на высоте почти 5000 метров, еще летит несколько минут над ледником Южный Иныльчек и наконец, идет на посадку, но почему-то не в самом лагере, а на леднике на некотором удалении от него.

вертолет на леднике Южный Иныльчек

вертолет на леднике

Мы все быстро высаживаемся, но без вещей, и вертолет улетает в направлении лагеря. Но буквально через 10 минут он прилетает, и мы туда садимся и приземляемся уже непосредственно в базовом лагере. Я не совсем понял смысл этого маневра, но, возможно, пилот не был уверен в безопасности посадки тяжело нагруженного вертолета на морене и поэтому выгрузил нас на леднике, потом выгрузил часть вещей в лагере и затем снова прилетели за нами.

вертолет на леднике

вертолет

Максим и Вика на фоне Хан-Тенгри

Максим и Вика на фоне Хан-Тенгри

Мы выгрузились, познакомились с начальником лагеря Дмитрием Грековым, и он распределил нас по кемпинговым палаткам, показал, где находится столовая, баня и т.д.

Условия для базового лагеря здесь достаточно непростые, так как лагерь стоит фактически на леднике, который постоянно движется. Поэтому здесь мало того, что холодно, так еще и нет возможности установить стационарные домики, даже столовую и баню. Столовая здесь представляет собой фактически большую длинную кемпинговую палатку, разделенную на несколько секций (кухня, отсек для персонала лагеря и далее отсек для клиентов лагеря). В столовой есть телевизор и DVD-плеер, а также розетки для зарядки мобильных устройств, которые можно использовать, когда работает генератор (обычно он работает вечером).

Баня — это просто небольшое помещение с двумя отсеками, прихожей и парной, где стоят большие емкости с водой, подогреваемые газовой горелкой. Душа нет.

В палатке мы поселились с Максимом Соловьевым из Питера, с которым я знаком по 2008 году. После обеда я разобрал часть своих вещей и решил пройтись прогуляться до ужина в сторону Победы вдоль ледника Звездочка.

вид на лагерь на Южном Иныльчеке

вид на лагерь с севера

Здесь стоит упомянуть, что сам лагерь стоит примерно в том месте, где ледник Звездочка впадает в ледник Южный Иныльчек. Сам путь до первого лагеря под Победой проходит по правому (орографически) краю ледника Звездочка, а затем, ближе к его средней части переходят на его левый край. Шел от лагеря я час или даже полтора, но так до места начала перехода ледника так и не дошел. Весь массив Победы был в облаке, и ничего выше 5 км видно не было. Отмечу, что тропа не всегда явно просматривается, но для ориентирования помогают сложенные из камней туры. В конце концов, я развернулся и пошел обратно в лагерь, чтобы успеть к ужину. Да и погода начала портиться — пошел мелкий дождь.

25 июля 2010

Базовый лагерь Ак-Сай Трэвел на л. Южный Иныльчек, 4000 м

Весь день сидели в лагере, погода утром и днем была пасмурная. Вечером наблюдали красивый закат на Хан-Тенгри, когда над ним висит облако.

облако на Хан-Тенгри

облако на Хан-Тенгри

Вообще надо отметить, что некрасивых закатов здесь не бывает. Бывает лишь пасмурная погода, которая мешает их наблюдать. После заката пришло облако и заслонило все небо над лагерем, и сразу атмосфера поменялась, напомнив мне, какое это на самом деле суровое и холодное место.

Здесь, на леднике, нет даже травы, сплошной лед и камни. А ведь это базовый лагерь, куда спускаются уставшие альпинисты, чтобы отдохнуть и восстановить свои силы! И поэтому солнце очень важно для такого безжизненного места. Когда оно есть, настроение сразу улучшается. Более того, когда погода пасмурная, это может привести и к таким неприятным последствиям, как отмена вылета вертолета.

На завтра у нас запланирован выход в первый лагерь под Хан-Тенгри.

 

26 июля 2010

БЛ, 4000 м – Л1 под Хан-Тенгри, 4300 м

вид на хребет Тенгри-Таг из лагеря

вид на хребет Тенгри-Таг из лагеря

Просыпаюсь и наблюдаю потрясающую картину: через покосившийся вход нашей палатки видна пирамида Хана во всей своей красе! Легкая облачность, но для подхода — это самое то. Максим жалуется, что я ночью разговаривал во сне и мешал ему спать.

После завтрака начинаю собираться и думаю, что мне взять. Для первого выхода получается весьма тяжелый рюкзак, с учетом того, что я один несу 3-местную палатку, веревку и традиционно несу свои ботинки La Sportiva Olympus Mons тоже в рюкзаке, так как по пологому и весьма длинному подходу до первого лагеря по леднику мне гораздо удобнее идти в кроссовках.

Выходим в обед. Через 20 минут хода прохожу соседний небольшой лагерь (Бирюкова) и иду дальше, придерживаясь левого (орографически) края ледника Южный Иныльчек. Так как я регулярно вижу туры, то понимаю, что я иду более-менее в верном направлении. Однако через некоторое расстояние я уже не замечаю туры — наверное, пропустил место схода в сторону центра ледника. Немного поплутав, я перехожу на ледник и далее иду в сторону его верховьев, постепенно стараясь перейти на противоположную его сторону.

на леднике Южный Иныльчек

на леднике Южный Иныльчек, вид на запад

Погода замечательная. Я иногда останавливаюсь, чтобы попить воды и сфотографировать местные красоты. Через некоторое время я замечаю какую-то одинокую фигуру, которая идет чуть спереди и слева от меня. Иду за ним и подхожу к ледниковой речке. Ширина в этом месте около метра, но, судя по следам,  человек не стал прыгать, и тоже я побаиваюсь. Наконец, через какое-то время, речка немного сужается и следы появляются на противоположном берегу. Перепрыгиваю. Спустя какое-то время пришлось перепрыгнуть еще раз. При этом я по ходу промочил ноги, ведь я иду в кроссовках и сделать это на леднике весьма просто. Однако меня это не очень смущает, так как по ощущениям осталось идти немного, просто не нужно снижать темп. И вот действительно, я подхожу к первому лагерю перед Ханом.

вид на Хан-Тенгри из первого лагеря на Южном Иныльчеке

вид на Хан-Тенгри из первого лагеря

Лагерь установлен прямо на леднике, на некотором удалении от склонов пика Чапаева и еще дальше от Хан-Тенгри. Чуть дальше, за поворотом, находится ледник Семеновского, который разделяет эти вершины, но он из лагеря не виден. Наверное, это даже хорошо с точки зрения безопасности — большая лавина, которая идет по леднику, не накроет лагерь. Сам Хан отсюда также полностью не виден, видна только часть его склона.

вид на пик Погребецкого с Южного Иныльчека

пик Погребецкого

Зато в лучах солнца на закате во всей своей красе открылась скальная стена пика Погребецкого (6487 м.), который находится в верховьях ледника Ю.Иныльчек и фактически расположен уже на китайской территории. Кстати, сначала я перепутал пик Погребецкого с пиком Военных Топографов.

Ложимся спать пораньше, так как завтра вставать в 3 утра.

 

27 июля 2010

Л1 под Хан-Тенгри, 4300 м – Л2 под Хан-Тенгри, 5300 м

Выходим рано, так как нужно проскочить «бутылку» до того момента, пока склон сверху будет освещен солнцем. Хотя никакой гарантии того, что удастся избежать опасности, нет, даже если идти ночью. В 2004 году здесь произошла трагедия, и под ледовыми завалами погибло несколько человек, причем погибли те, кто вышел раньше всех. Один же альпинист, который вышел значительно позже, чем планировал, наоборот, в обвал не попал. Дело в том, что если камнепады и лавины сходят как-то предсказуемо (например, при изменении температуры или после сильных снегопадов), то ледовые обвалы не поддаются какому-то прогнозированию и могут произойти в любое время дня и ночи. Несмотря на это, все рекомендуют проходить опасный участок раньше, до освещения скал над бутылкой солнцем, так как это снизит вероятность хотя бы камнепадов и лавин, а также ледовых обвалов, которые могут быть вызваны этими причинами.

Я традиционно начинаю идти в среднем темпе и разгоняюсь только через 10-15 минут. С утра идется тяжело, особенно, если был плотный завтрак. Вышел я позже остальных и впереди уже виднеется свет от налобных фонариков. Вокруг спокойствие и тишина. После пологого участка ледника начинается серия взлетов. Хотя ледник пересекают трещины (при этом путь помечен вешками, чтобы лучше ориентироваться), в целом идти безопасно и можно идти без страховки.

Постепенно рассветает. Вот мы подошли к выполаживанию ледника Семеновского в средней его части, и отсюда просматривается дальнейший подъем через «бутылку». Сначала нужно пересечь ледник и подойти к склону пика Чапаева, потом пройти немного под ним, взойти на крутой серак и продолжить путь дальше на следующий взлет в направлении седловины между пиками Чапаева и Хан-Тенгри. Пока не видно и не слышно лавин или камнепадов, но солнце уже вот-вот осветит верхушку склонов Чапаева.

После небольшого отдыха стремительно прохожу опасный участок и медленно и печально поднимаюсь на очередной затяжной взлет. Здесь меня обгоняет известный альпинист из Новосибирска Глеб Соколов. Известен он много чем, но больше всего — своими восхождениями на Победу, включая одиночный траверс. В этом сезоне у Глеба планы связаны с новым маршрутом на Хан-Тенгри, который они назовут «Змейка». Отмечу, что некоторое время спустя выяснится, что этот маршрут не новый, а всего лишь незначительно отличающийся вариант маршрута, который прошли еще во времена СССР.

вид натХан-Тенгри из лагеря 5300

вид на Хан-Тенгри из лагеря 5300

Наконец я дохожу до второго лагеря, который представляет собой ничем не защищенное пространство примерно в центре ледника Семеновского на высоте около 5300 метров. Лавины и обвалы, которые могут сойти сверху, как слева, так и справа, проходят лагерь мимо, по крайней мере, очень хочется на это надеяться. Здесь все отдыхают после тяжелого подъема из первого лагеря, и большинство идет выше, но у меня совсем нет сил, к тому же я не хочу сильно надрываться в первый акклиматизационный выход, и я решаю поставить здесь палатку и остановиться здесь на ночевку, хотя на часах даже нет 10 часов.

вид на массив Победы из лагеря 5300 под Хан-Тенгри

массив Победы из лагеря 5300 под Хан-Тенгри

Глеб Соколов и те, кто был с ним, пошли выше. Отмечу, что Глеб вышел сегодня из базового лагеря в 2 часа ночи и планирует дойти до третьего лагеря на высоте 5800, и, судя по всему, ему это удастся. Отмечу, что для меня с моей текущей акклиматизацией такой график передвижения выглядит просто фантастикой.

 

28 июля 2010

Л2 под Хан-Тенгри, 5300 м

Сегодня планировал дойти до лагеря 5800, то есть набрать всего 500 метров высоты.

Идется очень тяжело с первых же минут, приходится часто останавливаться и отдыхать. Попробовал выпить чай из термоса — и буквально сразу же стошнило. Со мной в горах такое случается очень редко (я не припомню, чтобы это было раньше), поэтому это очень неприятный сигнал для меня, который заставил задуматься о том, нужно ли идти дальше. Помимо плохой акклиматизации, я это связываю также с тем, что чай был излишне сладким. В общем, ну совсем не идется. Пройдя по высоте примерно 200 метров и затратив на это почти два часа, принимаю решение не насиловать организм и развернуться назад.

Пытаюсь проанализировать ситуацию и понять, что же вызвало такой упадок сил — и ничего в голову не приходит. Ведь у меня была весьма неплохая акклиматизация для этой высоты, я провел 2 недели в Ала-арче, где два раза ночевал на высоте 4000 метров, а до этого, месяц назад успешно взошел на Эльбрус. Вполне вероятно, что я так медленно шел и мне было плохо из-за сильной жары (вышел я поздно, чуть ли не в полдень) в этом месте — своеобразной «сковородке». Если это так, то это моя тактическая ошибка, надо было выходить рано утром. В общем, я немного расстроен и не знаю, хватит ли мне такой акклиматизации, чтобы подняться на Хан в следующей попытке. Возвратившись во второй лагерь, быстро ставлю палатку на прежнее место и заваливаюсь читать книгу.

Через некоторое время слышу знакомый характерный голос, который чуть позже распознал как голос Александра Герасимова, который с кем-то разговаривает в соседней палатке. С Александром мы пересеклись летом 2008 года в лагере на поляне Москвина под пиками Корженевской и Сомони (бывш. Коммунизма) в Таджикистане. В то время он был начальником этого лагеря, вернее, начальником службы гидов, если не ошибаюсь.

Забираюсь в палатку к Александру. Оказывается, что он поднялся сюда с Владимиром Комиссаровым руководителем ассоциации горных гидов Кыргызстана. Владимир и Александр посвятили меня в некоторые свои планы на будущее, а также накормили супом с макаронами и настоящим мясом (не сублимированным и не консервированным), чему я был весьма впечатлен.

К вечеру погода ухудшается и начинает идти снегопад, который не прекращается даже ночью. Мою палатку постепенно начинает заваливать снегом, и приходится изредка трясти ее, чтобы снег ссыпался вбок и тент не прогибался бы так сильно. Спросонья даже кажется, что тебя уже совсем завалило и дышать уже нечем.

 

29 июля 2010

Л2 под Хан-Тенгри – БЛ

Просыпаюсь утром от шума снаружи. Сверху подошли люди, они собираются и пойдут дальше вниз. Максим сказал, что если я хочу спускаться с ними, то мне нужно поторапливаться. Я принимаю решение оставить здесь палатку. Решение немного рискованное, если помнить о той массе снега, которая может еще выпасть в случае плохой погоды.

Потихоньку начинаем спускаться. Спуск сейчас опаснее подъема, так как путь не виден, трещины прикрыты слоем снега, возможен сход лавин. Впереди идут опытные альпинисты, которые пытаются заново найти маршрут в системе трещин ледника Семеновского. Не все вешки остались на поверхности, поэтому приходится спускаться, как получится. Постепенно проходим среднюю часть и здесь можно немного расслабиться и передохнуть, так как опасный участок вроде преодолен. Отмечу, что веревка, которую я нес, так и не потребовалась. В следующий раз я ее вряд ли возьму с собой, ведь это лишних 2 килограмма.

Выходим к первому лагерю немного по другому пути, не так, как поднимались. В лагере пара палаток полностью примята снегом — наверное, не выдержали массы снега и сломались дуги. Еще раз подумал о своей оставленной палатке, но делать нечего, решение уже принято и палатка далеко вверху.

Легкий перекус и продолжаю ковылять к базовому лагерю, ноги к концу сильно устали, ведь столько идти в неудобных несгибаемых ботинках не очень удобно.

Отметил про себя удовлетворительные итоги этого акклиматизационного выхода: 2 ночи на 5300 — достаточно ли этого для восхождения на 7000? У ребят будет преимущество, ведь они ночевали на 5800 и акклиматизированы лучше.

Ну ладно — теперь отдых в базовом лагере и восстановление сил!

 

30-31 июля 2010

Базовый лагерь (БЛ)

Отдыхаю в лагере. На днях должен прилететь Олег, мой старый знакомый, с которым мы пересекались в 2008 году на Памире при восхождении на пик Сомони (Коммунизма). В прошлом году он делал попытку восхождения на Победу с Николаем Тотмяниным, но, к сожалению, из-за плохих погодных условий, неудачную. Они не дошли даже до лагеря на 6900. Несмотря на это, Олег очень хорошо отзывался о Тотмянине, как не только о профессионале, но и как очень интеллигентном и приятном в общении человеке.

базовый лагерь после снегопада 31 июля 2010

базовый лагерь после снегопада 31 июля 2010

На высоте базового лагеря стоит переменчивая, но в целом пасмурная погода. Изредка идет снег. По вечерам после ужина собираемся в столовой, смотрим кино.

Продолжение ->

Оглавление

Южный Иныльчек 2010. Акклиматизация.: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>